Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
14:38 

Изгнанники. Глава 1

Усмешку мы горькую прячем: не знает никто на земле, что живы в народе бродячем потомки былых Королей. (с) Эльрин
Автор: Этери_
Жанр: драма, приключения.
Рейтинг: PG-13
Предупреждение: смерть героя (-ев)

аннотация: Певенси вернулись в Англию навсегда. Сьюзен пропадает на вечеринках, Питер замкнулся в себе, Эдмунд пытается найти свое место в неприятном для него мире. В колледже он знакомится с девушкой, которая, кажется, что-то о нем знает.

- Эд, тебе понравился колледж?
По телефону голос Люси казался звонче обычного. Или он просто отвык от сестры? Почему в Англии считают нужным отсылать детей подальше от дома! Он так скучал по близкому другу, который тоже разговаривал с Асланом. Иногда Эдмунду казалось, что все остальное неважно – лишь бы был кто-то, кого бы при имени Аслана охватывал тот же трепет, что и его.
А Питер уже давно вырос, и не учится в школе. Приходилось ждать каникул, зубря скучные формулы, и увлеченно переписываясь с друзьями Нарнии. Но и теперь, сменив школу на колледж в Лондоне, он все равно не стал ближе к брату и сестре. Люси, их солнышко, позвонила узнать, понравилось ли ему в колледже.
- Все просто чудесно, Лу! А лекции, как ни странно, интересней, чем уроки в школе. И я записался на фехтование и плавание, смогу продолжать заниматься. А ты как?
Люси произнесла несколько таких же бодрых, ничего не значащих фраз. Эд знал, что за ними кроется тоска. Как-то он нашел среди обрывков бумаги скомканное стихотворение, написанное, как он подозревал, его младшей сестрой. Оно называлось «Королева в изгнании».
«Нет, Лу, - подумал он тогда, - ты не права. Мы ушли сами, потому что сделали все, что могли для Нарнии. Нас не могли изгнать – только напомнить о том, что нас ждет другой мир, где мы еще не сделали того, что должны.»
Эдмунд краем уха слушал рассказ Люси о поездке в школу и о первых, не очень интересных уроках, а сам думал о том, чего еще не смог сказать ни ей, ни Питеру.
«Нам пора перестать лгать друг другу. Хватит делать вид, что все в порядке, и мы очень довольны жизнью. Аслан не меняет своих решений, но пусть он тогда научит нас жить тут! Я устал, и ты, сестричка, не меньше. Тяжело нести на себе двойной груз лет. Хуже всего Питеру – он Верховный Король, и, как мне кажется, видит во сне все войны и разрухи Нарнии. Он считает, что это на его совести. Хотя, возможно, что хуже всех – Сьюзен. Не понимаю, как можно жить с половиной души.»
Они уже много лет не говорят друг другу всего. Только хорошее. Щадя, жалея. Не умея поделиться болью и грустью. И Эдмунд не рассказал Люси, что его взбесила однокурсница, хоть это и был первый день учебы.
Эта девушка была смуглой – арабка, что ли, хотя не очень похожа, и поведение было не английским. Она уставилась на него с первого же урока, и смотрела так, как будто подозревала его в чем-то. К примеру, в том, что он не регулярно платил налоги, или переходил улицу на красный свет. Или что он когда-то был королем волшебной страны.
Эдмунд усмехнулся своим мыслям: его главной тайной было то давнее предательство. Вряд ли эта девушка знает о нем что-то серьезное. Сью сказала бы:
- Брось, Эд, ты ей просто понравился! Улыбнись в ответ и пригласи ее на вечеринку.
Но Эдмунда злило, что ему придется учиться с такой бесцеремонной соседкой.

По старой привычке Эд не старался познакомиться поближе с однокурсниками. Ему казалось порой, что Аслан не одобрил бы такого затворничества. Наверное, кое-кто считал его заносчивым, как и Питера, а Аслан всегда учил их, маленьких детей, получивших вдруг королевство, смирять гордыню.
- Камень твердый, а вода жидкая. Дуб стоит сотни лет, а однодневки к вечеру умирают. Стоит ли гордится долголетием или твердостью? Гордятся ли ворота, что поддерживают гроздья винограда? Они не выбирали своей доли, и ты помни о том, что ты лишь мозаика, кусок мира. Не ты поставил себя на это место, но ты можешь выбирать краски, которыми будет разрисован твой жизненный путь. Краски – это еще не повод для гордости.
Аслан говорил им это во дворце. А может быть, брат и сестры его слышали совсем другие слова? Каждому человеку своя мудрость. Прости, Аслан, я не смог стать таким, каким ты хотел бы видеть меня. Я не могу говорить о пустоте и жить пустотой, как наша сестра. В Нарнии я привык быть нужным, а здесь я один из сотни тысяч.
Эдмунд медленно допивал безвкусный кофе, когда вздрогнул под чьим-то взглядом. Снова эта девчонка! Он уже знал, что ее зовут Сариной, и что она любит задавать странные вопросы. Что ж, он тоже с удовольствием расспрашивал людей о непонятном и не важном для них, не привыкни он так сильно к скрытности. Питер ценил его умение не выдавать важной информации и часто посылал на переговоры с тархистанцами. Вот и сейчас он проглотил несколько нелицеприятных реплик и спросил по возможности вежливо:
- Что-то не в порядке?
Девушка улыбнулась, растворив в улыбке немного самоуверенности.
- Хотела поговорить с тобой, Эдмунд Певенси.
- Откуда ты меня знаешь? – удивился Эд.
- Как это откуда? Нас же представляли в первый день учебы, - Сарина говорила с затаенной насмешкой, что немного раздражало, но и вызывало интерес.
- И о чем будет разговор? – устало поинтересовался Эд.
Чудес в мире больше не должно было случиться. Эдмунд терял интерес к людям, событиям, книгам. Он больше не провалиться в картину и не заблудится в платяном шкафу. Так чего можно ожидать от случайного знакомства?
- О, молодой студент уже так разочарован в жизни! – поддела его Сарина. – Ну уж нет, я отказываюсь разговаривать с таким нелюбопытным типом.
Тряхнув густыми волосами, едва доходившими ей до лопаток, Сарина подхватила книги и направилась к восьмой аудитории. Эдмунд заворожено отправился за ней. А он еще думал, что его ничто не может удивить.
В следующие два месяца Сарина все еще оставалась для него загадкой. Она никогда не говорила о родителях, детстве, школе. Казалось, она никогда не читала детских книг и интересовалась политикой и историей. Сарина записалась на кружок фехтования вместе с Эдмундом, но не ради него, а ради чего, скорей всего, не знал никто. Они дружили, если это понятие включает в себя постоянное подтрунивание и бесконечные ребусы прошлого. Эдмунд знал многое о ее душе и мог бы предсказать ее поступки в разных ситуациях. Но на деле он не знал о ней ничего: ни прошлого, ни родины, ни религии, ни родных.
Ему думалось, что Сарина напоминает ему их положение в Нарнии: пришельцев без прошлого и будущего. Но ее скрытность, возможно, порождала между ними стену тайн: Эдмунд так и не решился рассказать ей о Нарнии. Когда порой, задумавшись, Эдумнд ловил ее взгляд, он видел в глазах отражение несказанного между ними. ОН дал себе слово узнать ее клятву.
Сарина, как было заведено между ними, ждала его у лестницы.
- Что ты делаешь на Рождество? – небрежно спросила она.
Эдмунд задумался. За небрежным тоном могло скрываться что-то важное, и от его ответа зависело, как девушка поведет себя дальше. Случалось, что его непродуманные слова вызывали отчуждение со стороны Сарины, и растопить возникший лед было очень нелегко.
- Буду дома, наверное, - осторожно ответил он. – А ты?
- Да вот, - все таким же небрежным тоном продолжала девушка. – Думаю, может к предкам заскочить.
Впервые она упоминала о семье. Эдмунд почувствовал, как что-то сжалось внутри. Неужели пришло время раскрывать карты?
- А где они живут? – это напоминало ходьбу по тонкому льду.
- Недалеко от Лондона, - последовал ответ. Краткий, совершенно неинформативный ответ.
Эд взвесил свое приглашение.
- Я буду рад видеть тебя у нас на второй день каникул, тогда собираются мои сестры и брат. Думаю, тебе будет интересно с ними познакомиться.
Лицо Сарины застыло. Эдмунд не мог понять, что он снова сделал не так. Но спустя несколько секунд последовал неожиданный ответ:
- Да, хорошо, приеду.
Ни спасибо, ни интереса, ни радости. Вот вредная девчонка! Нельзя было отрицать, что с ней Эду стало намного интересней жить, даже тоска не мучила его так часто, как прежде. Но, в конце концов, он скоро взорвется от обилия загадок! Их недолюбливали на курсе, считая Сарину странной, а его слишком гордым. Привыкшие мерить обычными мерками, его ровесники искали во всем норму, путая одиночество с гордыней и самобытность со странностью. Он снова подумал о Нарнии: правление страной Аслана научило его принимать любого и понимать любого. Сложно жить в мире, где одни люди, потому что тогда приходится делить всех на своих и чужих.
Эдмунд со вздохом подумал о предстоящем разговоре с родителями. В качестве кого он пригласил Сарину на семейный праздник?

***
Миссис Джонсон никогда не запирала входную дверь. Сарина иногда злилась на мать, иногда посмеивалась про себя, но, в общем, научилась не обращать на раскрытую дверь внимания. Сегодня же она воспользовалась случаем войти тихонько, пока все еще спали, и разложить свертки с подарками у постели малышей. Старшему, Уильяму, скоро семь, а малышке Шэрон – всего год. Пятилетние близнецы Дон и Рон, как всегда, побросали на пол одеяла и простыни. Сарина с улыбкой обошла все комнаты, непривычно тихие таким ранним утром. Она уже соскучилась по дому, по малышам, как она продолжала называть братьев, по запаху лаванды и свежемолотого кофе. Здесь осталось слишком мало ее вещей и слишком много воспоминаний. Пройдет несколько лет, и опрятный домик четы Джонсонов в предместье Лондона ей уже нельзя будет считать «своим домом».
Этими невеселыми мыслями Сарина поделилась с матерью за завтраком, когда восторги по поводу ее неожиданного приезда и ожидаемых подарков улеглись.
- Ну, дорогая, - лукаво улыбнулась миссис Джонсон, - я только и надеюсь на то, что через несколько лет у тебя не будет нужды называть этот дом своим. Уповаю, что ты, хотя бы, не забудешь привозить внуков по праздникам.
Сарина обычно с удовольствием поддерживала шутливый и легкий тон разговора, но сегодня ей было не до подтруниваний.
- Мам, я нашла того мальчика, - рассматривая свои руки, тихо сказала она.
Мать тяжело опустилась на табуретку.
- Не может быть! – только и сказала она.

***
Сарина пришла за несколько минут до ужина, Эдмунд уже ждал ее у двери. Он улыбнулся так радостно, что девушка, наконец, перестала сомневаться, правильно ли она поступила, придя сюда.
Эдмунд представил ее родителям, Питеру, Сьюзен и приятелю старшей сестры, Бобу.
- Люси придет только поздно вечером, - извинился он за младшую сестру. – У нее вдруг возникли какие-то свои дела.
Возможно, у Люси и не было никаких дел. Может быть, она ушла на набережную, вспоминать рождественские танцы русалок, а может быть, ее пригласила какая-то приятельница, которой Лу не смогла отказать.
Ужин был приятным, но не очень оживленным. Сьюзен и Сарина на удивление быстро нашли общий язык, они рассказывали друг другу какие-то девчоночьи истории, не понятные больше никому. Питер рассеяно водил вилкой по скатерти. Эдмунд знал, почему: его брату не нравился Боб. Верховный король с таким немного отсутствующим видом вел переговоры с тархистанцами. Он мог принимать необходимость общения с ними, но любая низость с их стороны воспринималась Питером как пощечина. Эдмунд задумчиво смотрел на брата, раздумывая над тем, как тяжело ему будет жить дальше. «Ты слишком чист и слишком горяч, брат. Твой огонь обжигает, даже я не знаю, как подступиться к тебе. Ты обречен на одиночество»…
Боб что-то воодушевленно рассказывал их отцу, а мать с улыбкой наблюдала за Сариной. Миссис Певенси часто сокрушалась, что ее дети не от мира сего, но эта смуглая девушка, кажется, не склонна витать в облаках и рассказывать сказки. Она могла связать Эдмунда с реальностью, чтоб он не смотрел по сторонам с таким видом, будто только что свалился с Луны.
Миссис Певенси гордилась своими детьми, пока не поняла, что они слишком хороши для этого мира. Пусть хоть иногда ведут себя как подростки! Мать Эдмунда очень рада была Сарине.
Когда убрали остатки пирога, Сьюзен, подкрасив губы, собралась уходить.
- Сарина, Эд, не пройдетесь с нами? – оживленно спросила девушка.
Но оказалось, что мисс Джонсон не склонна была к прогулкам по ночному Лондону. С неподражаемым фырканьем Сьюзен протянула руку Бобу, и, когда за ними закрылась дверь, братья Певенси вздохнули с облегчением.
Питер с улыбкой предложил Сарине экскурсию по дому, на что она согласилась с удовольствием. Эдмунд же задержался в гостиной, чтоб услышать мнение матери о его новой знакомой.
- Прекрасная девушка, дорогой! – воодушевленно ответила мать. – Откуда она, кто ее родители?
Эдмунд замялся, хорошо, что миссис Певенси не заметила этого.
- Джонсонов в окрестностях Лондона, должно быть, сотни. Даже не представляю, из какой она семьи, - подал голос отец.
- Мам, мы с ней друзья, - с улыбкой заметил Эдмунд.
- Конечно, конечно, - закивала миссис Певенси. – Иди к своей гостье, как бы Питер ее не заговорил.
Эдмунд, усмехаясь про себя, поднялся наверх, и обнаружил Сарину с видом знатока рассматривающую рапиры на стене его комнаты.
- Это так, коллекция, - почему-то смешался он.
- Да, Питер мне объяснил, - глухо ответила Сарина, не оборачиваясь.
В дверь постучали.
- Это Лу, - обрадовался Питер, открывая дверь.
Люси смахнула несколько снежинок с капора. Она была необычно оживлена, и Эдмунд снова подумал, что они всегда одни по приговору людей и среди людей, и так редко одни по своему выбору.
Сарина неуверенно повернулась, чтоб поздороваться с самой младшей Певенси. Люси несколько мгновений смотрела на девушку, и вдруг спокойно сказала:
- Мы уже встречались, Сарина, не так ли?
Девушка сделала старомодный реверанс:
- Вы совершенно правы, Ваше Величество!

@темы: канон, в Англии, белые пятна, Этери, Эдмунд, Сьюзен, Питер, Новые герои, миди, Люси, Аслан

Комментарии
2009-06-20 в 19:00 

Очень интересная история, я зама не заметила, как сюжет меня увлек...

С надеждой буду ждать продолжения.
Спасибо автору!

2009-06-20 в 22:09 

Усмешку мы горькую прячем: не знает никто на земле, что живы в народе бродячем потомки былых Королей. (с) Эльрин
~Аяра~ пока есть две главы.

2009-06-21 в 12:14 

Этери_, гомен, посты перепутала >.<

2009-06-21 в 12:43 

Усмешку мы горькую прячем: не знает никто на земле, что живы в народе бродячем потомки былых Королей. (с) Эльрин
   

Фанфики по Хроникам Нарнии

главная